Баневич Сергей Петрович
02.12.1941 – 21.12.2025
Он говорил, что музыка рождается не в голове. «Она рождается в сердце, где-то „под ложечкой“. Там же прячется и непрожитое детство». Это, пожалуй, ключ ко всему, что он делал. Композитор, который всю жизнь писал для детей, сам оставался ребёнком — и в этом были его спасение и метод.
Сергей Петрович Баневич родился 2 декабря 1941 года в Оханске, в эвакуации. В Ленинград семья вернулась в 1944-м. Серёжа вырос, окончил музыкальное училище, затем консерваторию и аспирантуру. Его учителями по композиции были Галина Уствольская и Орест Евлахов — оба ученики Шостаковича. Но школа школой, а главное он нашёл сам.
«Я появился из войны, из самой настоящей войны, которую я ненавижу и никогда, никогда не приму никакое объяснение в её пользу, — говорил Баневич. — И не потому, что мне было плохо, а потому, что было другим плохо». Эта фраза объясняет многое: он писал оперы для детей — про Кая и Герду, про оловянного солдатика, про городок в табакерке.
Его «История Кая и Герды» родилась на сцене Кировского театра зимой 1980-го. Опера выдержала больше ста представлений, а в 2017 году вернулась в репертуар Мариинского театра после долгого перерыва, ставилась во многих городах — от Челябинска до Владивостока и Минска. А в 2014-м добралась до Большого театра. Либретто написала Татьяна Калинина — поэтесса, с которой Баневич работал много лет.
Он вообще много работал с текстом: слово и сюжетная канва всегда оставались для него важным условием творчества. Его оперы, оперетты и мюзиклы — это всегда история, а не просто музыка. «Белеет парус одинокий» по Катаеву, «Двенадцать месяцев» по Маршаку, «Приключения Тома Сойера» по Твену. Сергей Петрович умел говорить с детьми просто о серьёзном — и не боялся быть смешным, грустным, сопереживающим.
«Музыкой, оказывается, возможно соединить, приблизить родителей и детей. Музыка позволяет поселить в сердце те ростки, что дадут плоды спустя годы. Самый яркий пример — „Щелкунчик“ Чайковского. Ребёнок запомнит, как падает снег, растёт ёлка. Потом он приходит на этот же балет с любимой девушкой и слышит в музыке трагизм адажио, которого раньше не замечал. А потом приходит стариком, чтобы вспомнить, как всё это было».
Баневич писал и для кино. «Никколо Паганини» и «Завещание профессора Доуэля» Леонида Менакера, «О тебе» Родиона Нахапетова, где героиня Веры Глаголевой от рождения не говорила, а пела. С Глаголевой его связывала дружба до конца её жизни — он стал автором музыки ко всем её режиссёрским работам, от «Сломанного света» до «Не чужих».
В 2011 году вышла книга с длинным названием — «„Кто-то вспомнит про меня и вздохнёт украдкой…“ Сергей Баневич: Диалоги. Воспоминания. Очерки». В заголовке — строка из стихотворения Нестора Кукольника, на которое Глинка написал «Жаворонка». Но у поэта перед этими словами есть другие: «Лейся ж, песенка моя, песнь надежды сладкой». Она и льётся — музыка Баневича. В детях, в родителях, в тех, кто приходит на его оперы снова и снова.