Этюд второй. Лебедь, рак и щука, или История марша «на троих»
Выпуск 2
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
Большой зал Московской консерватории переполнен: студенты, художники и поэты из полудиссидентского бомонда, завсегдатаи — седовласая публика, которая не надеялась когда-либо услышать что-то подобное в этих стенах. Начало концерта задерживают — всех никак не могут рассадить. Наконец, когда зрители затихают, распахиваются двери, и в зал входят музыканты Государственного симфонического оркестра Министерства культуры СССР, на ходу наяривая хулиганский марш. Под его звуки оркестранты поднимаются на сцену.
Дирижёра Геннадия Рождественского встречают овациями:
— Этот славный марш — плод коллективного труда. Его сочинили специально для сегодняшнего концерта композиторы, чьи сочинения мы собираемся предложить вашему вниманию: Эдисон Денисов, София Губайдулина и Альфред Шнитке.
На календаре середина апреля 1982 года. Но история марша началась четырьмя годами ранее, когда газета «Правда» опубликовала статью «В защиту „Пиковой дамы“». В ней автор жёстко критиковал готовящийся в парижском театре Гранд-опера спектакль: мол, постановочная группа — режиссёр Юрий Любимов, дирижёр Геннадий Рождественский и композитор Альфред Шнитке — собираются исказить великий замысел Чайковского. Проект закрыли, Советский Союз заплатил Франции огромную неустойку. А вскоре после этого на съезде Союза композиторов музыку Шнитке, Денисова и Губайдулиной назвали «шумной грязью».
Ходили слухи, будто незадолго до апрельского концерта 1982-го Рождественскому намекнули на государственную награду. От него ждали программы из бесспорной русской классики. Но Геннадий Николаевич выбрал Шнитке, Денисова и Губайдулину — променял премию на «шумную грязь», с её помощью ответив и на статью в газете «Правда», и на решение съезда Союза композиторов, и поддержав своих друзей, с которыми когда-то учился в консерватории.
Тот марш, открывший концерт, композиторы писали вслепую. Поговаривают, якобы им дали общее количество тактов, тональность и размер. Каждый сочинял партии для своей группы инструментов, не зная, что именно пишут в этих тактах двое других. Рождественский свёл всё в одну партитуру. Впоследствии за ней закрепится название «Лебедь, рак и щука» — напоминание о басне Крылова, где каждый персонаж тянет воз в свою сторону. Разухабистый марш прозвучал на концерте дважды — в начале и в конце. То ли как похоронный марш классической музыки, то ли как приветственный авангардный.
Пройдут годы. Фирма «Мелодия» издаст пластинки с записями памятного апрельского концерта; Шнитке использует марш в балете «Эскизы»; все главные герои вечера получат большие государственные награды. Авторы марша закончат земной путь вдалеке от родины, не переставая считать себя русскими композиторами, а их фамилии — Шнитке, Денисов, Губайдулина — станут символами и синонимами словосочетания «советский авангард».
